небо ты мое лучезарное головная боль моя

Моя работа не имеет права прерваться ни на минуту. По космосу разбросаны сотни кораблей и здесь, в диспетчерском пункте – сосредоточение их реальности, их дома. Мы – голос жизни. Та точка отсчета, которая вернет их обратно.

Я не люблю паузы. Когда в диспетчерской не слышно ничего, кроме звуков компьютеров и дыхания трех человек за твоей спиной, становится неуютно.

По графику жара. И ещё несколько часов будет всё то же, всё там же, и, возможно, я снова почувствую себя идиотом на какое-то время.

Здесь моя работа, так я и живу. Если удастся найти что-то дельное, ощущение собственного идиотизма ослабнет, проверено, а к моменту перерыва, когда жара перестанет доставать, и вовсе пройдёт.

У Тэйна рабочий день начнётся через 45 секунд, он уже наверняка на месте. Можно представить, что первый за день кофеин мы получаем одновременно - считай, пьём кофе за одним столиком.

Эсс, где ты сейчас? Бредешь по пустыне? Вспоминаешь обо мне? О чем ты думаешь? Прищуренные глаза сквозь защитную маску, смотрят вдаль. Ты всегда щуришься, мой Эсс.

Раз в неделю я могу потратить часть энергии этой огромной станции управления полетами на себя. Минута-две. Это подарок мне, и я за него благодарен.

- Нежные отношения с начальством, - в голос смеюсь я, видя, как косятся на меня остальные диспетчеры, - ну, Эсс, привези мне песочка зелененького, а?

- Давай лучше покрасим песок на вашей станции, здешний воняет как помойка, ваша вентиляция засорится, и меня выгонят! А мне так не хочется скучать по тебе лишний срок, малыш!

Наши разговоры кажется нелепыми и ненужными, как будто просто так болтаем, разрушая пространство межпространственными звуковыми волнами. И только мы знаем, что все не так.

- Привет, малыш. Получил приз за работу? - я бы мог ехать дальше и говорить одновременно, но мне хочется сосредоточиться только на е

Источник

Вот уже тридцать лет Элис Манро называют лучшим в мире автором коротких рассказов, но к российскому читателю ее книги приходят только теперь, после того, как писательница получила Нобелевскую премию по литературе. Критика постоянно сравнивает Манро с Чеховым, и это сравнение не лишено оснований: подобно русскому писателю, она умеет рассказать историю так, что читатели, даже принадлежащие к совсем другой культуре, узнают в героях самих себя. Вот и эти двенадцать историй, изложенные на первый взгляд бесхитростным языком, раскрывают удивительные сюжетные бездны. На каких-то двадцати страницах Манро умудряется создать целый мир – живой, осязаемый и невероятно притягательный.

УДК 821.111 ББК 84(7Кан)-44 М 23 Литературно-художественное издание Знак информационной продукции (Федеральный закон № 436-ФЗ от 29.12.2010 г.): 18+ Главный редактор Александр Жикаренцев Ответственный редактор Александр Гузман Серийное оформление Вадима Пожидаева Художественный редактор Илья Кучма Технический редактор Татьяна Тихомирова Компьютерная верстка Елены Долгиной Корректоры Елена Терскова, Татьяна Бородулина All rights reserved Copyright © 1982 by Alice Munro Оформление обложки Ильи Кучмы © Е. Петрова, перевод, примечания, 2015 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2015 Издательство АЗБУКА ®

Манро – одна из немногих живущих писателей, о ком я думаю, когда говорю, что моя религия – художественная литература… Мой совет, с которого и сам я начал, прост: читайте Манро! Читайте Манро!

Когда я впервые прочла ее книги, они показались мне переворотом в литературе, и я до сих пор придерживаюсь такого же мнения.

Поразительно… Изумительно… Время нисколько не притупило стиль Манро. Напротив, с годами она оттачивает его еще больше.

Как узнать, что находишься во власти искусства, во власти огромного таланта?… Это искусство

Источник

Барселона, 1936 год. На фоне декораций Гражданской войны в Испании идет невидимая схватка британской и советской разведок. Глубоко законспирированный агент ГРУ, внедренный в самую сердцевину английской секретной службы, находится под угрозой разоблачения. Чтобы отвести от него удар, Москва идет на любые жертвы…

Автор хотел бы выразить свою признательность тем, кто так великодушно дарил ему свое время и воображение. Прежде всего моя благодарность Эрни Эрберу, который провел несколько месяцев 1936 года в Барселоне. Моя благодарность также Майку Хиллу и Джо Фанцоне за их чрезвычайно ценные консультации, плоды которых можно видеть на каждой странице. Я признателен Фреду Расмуссену, сотруднику библиотеки журнала «Сан», за его поиски фотографий времен гражданской войны в Испании, которые мне так помогли; Антеро Пьетила, сотруднику московского бюро того же журнала, за сведения о гостинице «Люкс» и его коллеге Метту Сэдену за его добрые слова и намерения. Благодарность моему старому однокашнику Ленни Миллеру за проявленный им энтузиазм в отношении этой книги. Моей матери, Вирджинии Хантер, и моему брату, Тиму Хантеру, за их критику и терпение, а также моему зятю и доброму другу Джону Д. Баллоку за консультации в области медицины. Я благодарен Дэвиду Петцалу за то, что он прочел эту книгу. Благодарен ночному портье отеля «Колумб» в Барселоне за многие услуги и неувядающий юмор. Благодарен Джеффу Бассу за предложенный им эпиграф из книги Мейсона. А также Сюзанне Карнохан и Зите Дабарс за помощь в испанском языке. Особая признательность моему отважному и упорному литературному агенту Виктории Гоулд Прайор, поверившей в эту книгу с самого начала и сражавшейся за нее, как за свою собственную; и моему блестящему редактору Барбаре Гроссман за веру в меня и за отказ принять первоначальный, не лучший вариант этого сочинения. И моя благодарность – особого рода – моей жене, Лю

Источник

В этой книге собраны публицистические статьи, которые с августа 1999 года выходили в санкт-петербургской газете «Pulse» («Пульс»). Я разговаривала с читателем «на злобу дня», непринужденно балагуря о том о сем, словно бы сидя на какой-то воображаемой завалинке. И вот – впервые эти летучие заметки собраны вместе, сложившись в своеобразную летопись нашей жизни почти за восемь лет. Статьи приведены полностью, с микроскопической стилистической правкой. (К сожалению, отсутствуют две – нигде сыскать не удалось! – за декабрь 2000 года и октябрь 2001 года. Если кто-то отыщет их в личных собраниях и переправит мне – заранее спасибо). В конце некоторых статей есть примечание автора – комментарий из 2007 года к ушедшему времени.

Я не принадлежу никакой партии, не участвую ни в каких ангажированных сообществах, моя позиция – это всего лишь моя позиция. Позиция человека, постоянно живущего в России и живущего своим трудом, укорененного в этой жизни всеми лапами, реагирующего с характерной для русского человека звериной чуткостью на все перипетии «русской погоды». Калейдоскоп моих точек зрения, как вы сможете заметить, сливается однако в отчетливую дорожку, и в дорожке этой есть своя слабость – но и своя сила. Свои заблуждения – но и свои прозрения.

Резкость и насмешливость суждений извинительна для публициста. Как говорят французы, «чтобы тебя поняли – следует преувеличить». А впрочем, так ли уж сильно я преувеличиваю? По-моему, скорее смягчаю. Да и вообще, лучше Пушкина не скажешь – «прими собранье пестрых глав, полусмешных, полупечальных, простонародных, идеальных…»

Так что выберите вечерок посвободнее, заварите себе чайку покрепче, да принимайтесь читать, вспоминая добром и недобром годы, прожитые нами вместе.

И запах этот пугает разве слабонервных иноземцев. А мы с вами, читатель, давно притерпелись к ароматам родимой избушки, не правда ли?

<

Источник

Онлайн чтение книги Семейный круг Le cercle de famille

Воспоминания детства, в отличие от воспоминаний зрелых лет, не разграничены рамками времени. Это — разрозненные образы, словно островки в море забвения, и персонаж, изображающий в них нас самих, столь отличен от того, чем мы стали, что многое в этих воспоминаниях кажется нам совершенно чуждым нашей жизни. Но некоторые из них оставили в наших характерах такой неизгладимый след, что по неиссякающей силе их воздействия мы убеждаемся в их былой достоверности. Подобно тому, как, изучая историю какой-нибудь страны, мы уже не можем сами чувствовать тот гнет, который некогда терпело крестьянство со стороны Церкви и знати, однако ясно представляем его себе, наблюдая в деревнях все еще не изжитую, хотя теперь уже необъяснимую вражду, — так, замечая среди нынешних своих чувств непонятное отвращение к чему-нибудь и чуждые нам склонности, мы узнаем в них затихающие волны смятения, потрясшего лет тридцать тому назад биологические клетки, потомками которых мы являемся.

Самым ранним воспоминанием Денизы Эрпен было воспоминание о дне, проведенном на берегу моря. Несколько лет подряд госпожа Эрпен снимала виллу на нормандском побережье, в Безевале. [1] Безеваль (или Ульгат) — курорт на берегу Ла-Манша. «Я делаю это главным образом для детей», — говорила она. Дача называлась «Вилла Колибри». Двадцать лет спустя Дениза все еще ясно видела крышу с деревянной резьбой по краю, в узоре которой чередуются сердца и завитки, видела коричневые деревянные столбы между кирпичными стенами, частью прямые, частью наклонные, веранду с разноцветными стеклами, садовую калитку, которая, открываясь, приводит в движение колокольчик, и на окнах — широкие металлические ящики с увядающей геранью, издающие запах земли и прелых листьев.

лекарство от головной боли без побочных эффектов
Для лечения головной боли используются эффективные лекарства нескольких групп, оптимально подходящих для лечения конкретных видов боли. Правильная диагностика — это половина успеха, так как только в этом случае пр

Дениза в красной фуфайке стоит, опершись на лопатку, возле канавки, которую

Источник

Миллиарды детей и взрослых на всех пяти континентах помнят сказки про Золушку, Кота в сапогах, Спящую красавицу. Преодолевая века, расстояния, политические и языковые границы, они давно стали такой же неотъемлемой частью общечеловеческой культуры, как поэмы Гомера и Данте, драмы Шекспира или проза Достоевского. Однако мало кому известно, что эти и многие другие сказки, прочно связанные с именами Шарля Перро и братьев Гримм, являются переложениями из книги «Lo cunto de li cunti» («Сказка сказок»), вышедшей пятью томами в 1634–1636 годах в Неаполе. На ее титульном листе стояло имя автора: Джан Алессио Аббатутис, а в предисловии пояснялось, что книга написана кавалером Джамбаттиста Базиле.

Миллиарды детей и взрослых на всех пяти континентах помнят сказки про Золушку, Кота в сапогах, Спящую красавицу. Преодолевая века, расстояния, политические и языковые границы, они давно стали такой же неотъемлемой частью общечеловеческой культуры, как поэмы Гомера и Данте, драмы Шекспира или проза Достоевского. Однако мало кому известно, что эти и многие другие сказки, прочно связанные с именами Шарля Перро и братьев Гримм, являются переложениями из книги «Lo cunto de li cunti» («Сказка сказок»), вышедшей пятью томами в 1634–1636 годах в Неаполе. На ее титульном листе стояло имя автора: Джан Алессио Аббатутис, а в предисловии пояснялось, что книга написана кавалером Джамбаттиста Базиле, недавно умершим, издается заботами его сестры и посвящается покровителю покойного сиятельному Галеаццо Пинелли, герцогу Ачеренца.

если от бромокриптина болит голова
Фосфолипиды представляют собой сложные органические соединения, входящие в состав плазматической мембраны клетки и ее органелл.

При нарушении иммунных процессов происходит образование патологических антител к

Книга носит подзаголовок «Lo trattenemiento de peccerille», «Забава для малых ребят». Но уже с первой страницы читателю становится понятно, что детям этот текст давать не следует, а лучше, наоборот, запрятать его от них подальше… Шарль Перро и братья Гримм имели все основания существенно «подправить» тексты Базиле, чтобы сделать их пригодными для детей. Да и

Источник

вторник, 11 июля 2017 г.

Каждый ученик обычно имеет собственное представление о том, каким должен быть учитель. Если вы придете ко мне, вы будете не готовы увидеть меня таким, какой я есть, и так как ваши ожидания не сбудутся, вы решите, что я недостаточно хорош. Нельзя приходить к учителю с таким заранее сформированным мнением. Нужно приходить с решимостью и горячим желанием учиться. Тогда не будет проблем.

Как вам найти настоящего учителя? В священных текстах есть одно известное высказывание: «Когда ученик готов, готов и учитель».

Если вы не будете готовы, учитель может быть рядом, но вы или не заметите его или никак на него не отреагируете. Если вы не знаете, что такое бриллиант, то вы можете наткнуться на него, но не обратите на него внимания и пройдете мимо, приняв за обычный кусок стекла. Более того, если вы не знаете, в чем состоит разница, вы можете принять кусок стекла за бриллиант и любоваться им всю свою жизнь.

На этапе поиска ученик нередко становится слишком рассудочным, игнорируя сахаджа-бхаву (спонтанную интуицию), или, наоборот, становится чересчур эмоциональным, игнорируя свой рассудок. Эмоциональный подход столь же опасен, сколь и рассудочный; оба они питают эго. Всем тем, кто не верит в дисциплину, нечего надеяться на достижение просветления. Никто из учителей не сможет или не соизволит дать его потому лишь только, что им этого хочется.

Настоящий духовный учитель, уполномоченный учить в духе своей традиции, ищет хороших учеников. Он ищет определенные признаки или симптомы; он хочет знать, кто уже готов. Ни один ученик не может одурачить учителя. Учитель легко различает то, насколько хорошо подготовлен ученик. Если он обнаруживает, что ученик еще не готов, то постепенно готовит его к более высоким ступеням обучения. Когда же фитиль и масло оказываются приведены в надлежащее состояние, учитель зажига

Источник